Читаем онлайн «Любовь Тодзюро»

Кан Кикути Любовь Тодзюро

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

ТОДЗЮРО САКАТА – руководитель труппы актеров Кабуки в театре Мандаюдза в Киото, прославленный актер.

СЭНДЗЮ КИРИНАМИ – главный исполнитель женских ролей,^[1] красивый молодой человек.

СИРОГОРО НАКАМУРА, САНДЗЮРО АРАСИ, ТЁДЗЮРО САВАМУРА, ГЭНДЗИ СОДЭДЗАКИ – ведущие актеры театра.

ОЁ КИРИНАМИ, ИТИЯ САКАТА – исполнители ролей молодых женщин.

УГЭНДЗИ ОНОГАВА, КОХЭЙДЗИ ФУДЗИТА – исполнители ролей молодых мужчин.

ЯГОСИТИ СЭНДА – исполнитель комических ролей.

ДЗИРОЭМОН ХАТТОРИ – исполнитель ролей злодеев.

КИТИДЗАЭМОН КАНЭКО – драматург театра Мандаюдза.^[2]

ВАКАТАЮ МАНДАЮ – владелец театра Мандаюдза.

ЗАВЕДУЮЩИЙ АРТИСТИЧЕСКИМИ УБОРНЫМИ.

РАБОЧИЕ СЦЕНЫ.

АКТЕРЫ, ИСПОЛНЯЮЩИЕ РОЛИ МОЛОДЫХ ЛЮДЕЙ.

УЧЕНИКИ АКТЕРОВ.

СЛУЖАНКИ ИЗ РЕСТОРАНА «МУНЭСЭЙ».

О-КАДЗИ – хозяйка «Мунэсэй», красивая женщина.

НЕСКОЛЬКО ВТОРОСТЕПЕННЫХ ПЕРСОНАЖЕЙ.

Действие происходит в десятый год Гэнроку^[3] в столичном городе Киото, в районе Кавара Накадзима на Четвертом проспекте.^[4]

Картина первая

Большой зал ресторана «Мунэсэй»^[5] при театре Мандаюдза. Февральский вечер. Актеры собрались на вечеринку, чтобы познакомиться с пьесой, которая готовится к постановке в месяце яёи.^[6] Несколько серебряных подсвечников с множеством свечей ярко освещают зал. На футоне^[7] изящной формы, восседает Тодзюро Саката, красивый белолицый мужчина. Волосы уложены в прическу «чайная метелочка»,^[8] одет в платье серого шелкового крепа, сверху хаори черного шелка «хабутаэ»^[9] из Кага, затканное крошечными куколками, пояс цвета китайского чая.

Справа от Тодзюро сидит Сэндзю Киринами, главный исполнитель женских ролей. Поверх белого косодэ^[10] на нем два кимоно лилового бумажного крепа, сверху бархатное хаори, на голове пурпурно-лиловая шапочка-повязка.^[11] Он выглядит поистине прелестной женщиной. Рядом с Тодзюро и Сэндзю расположились Сирогоро Накамура, Сандзюро Араси, Тёдзюро Савамура, Гэндзи Содэдзаки, Оё Киринами, Ития Саката, Угэндзи Оногава, Кохэйдзи Фудзита, Ягосити Сэнда, Дзироэмон Хаттори, Китидзаэмон Канэко. Поодаль – актеры, исполняющие роли молодых людей, и мальчики – ученики. Вакатаю, владелец театра Мандаюдза, распоряжается угощением.

Красивый молодой актер бьет в барабан, и под его аккомпанемент пятеро других запевают:

Все аплодируют. Раздвигаются двери, появляется служанка со шкатулкой для доставки писем,^[12] к которой прикреплена красная бумажка.

Служанка. Письмо господину Тодзюро.

Вакатаю (принимая шкатулку). Дело, как видно, спешное.

Тодзюро (принимая шкатулку от Вакатаю). Действительно, что-то срочное. Посмотрим. Извините, пожалуйста. «Господину Тодзюро Саката». Подписано: «Сорин», стало быть, письмо от господина Тикамацу.^[13] (Читает про себя, потом вслух.) «Новая пьеса очень меня тревожит, поэтому пишу Вам это письмо и посылаю с нарочным. Помните: если Вы уступите в мастерстве молодым актерам, это будет не только Вашей собственной неудачей, но и бесчестием для всей столицы Киото, родины театра Кабуки. Прошу, вложите в роль все Ваше высокое мастерство, не жалея сил». (В задумчивости снова перечитывает письмо.) Станет бесчестием для столицы!.. Значит, господин Тикамацу тоже неуверен, сумею ли я сыграть эту роль?…

Сэндзю (говорит женским голоском). Еще бы, ведь даже такой автор, как господин Тикамацу, и то целых три дня и три ночи страдал, создавая эту пьесу. В самом деле, не следует с пренебрежением относиться к вашим недоброжелателям.

Ягосити (кривляясь). Дело в том, что пьеса-то неслыханная, о тайном любовнике. На сей раз господину Тодзюро, не знающему себе равных в изображении гуляк, придется изрядно потрудиться, играя страстного влюбленного. Любовь в веселом квартале мимолетна, как весенняя ночь, а здесь – жаркая летняя страсть, зной, опаляющий тело!

Сирогоро. Пожалуй, даже не летний зной – скорее, жуткая зимняя ночь. Любовь, которая ставит на карту жизнь!

Сандзюро. Конечно, такая любовь опасна… Малейшая неосторожность – и дело может окончиться распятием в Аватагути.^[14]

Угэндзи. Вчера иду я по улице Миякава, а впереди меня двое, похоже, торговцы благовониями, с таким увлечением рассуждают, как ахнет публика, увидев покорителя куртизанок господина Тодзюро в роли настоящего влюбленного.

Тодзюро. Аристократы, привыкшие к Тодзюро в наряде посетителя веселых кварталов, злословят, что, дескать, он переигрывает. Воображаю, в какое изумление они придут от новой пьесы!

Дзироэмон. А уж больше всего радует то, что мы утрем нос Ситисабуро Накамуре из театра Хандзаэмондза, где с весны нет отбоя от зрителей. До чего приятно думать, что завсегдатаи того театра теперь бросятся к нам!

Сирогоро. Все это так, но